Еще чуть-чуть и мы с вами распрощаемся с годом под номером 2011 и познакомимся с его правопреемником – 2012-м. Процедура привычная, но неизменно радостная. А как все это новогоднее и предновогоднее действо происходило лет этак 100–120 назад?
Спасибо Петру Алексеевичу
Вплоть до XV века новый год наступал в нашем царстве-государстве 1 марта, а потом стал отмечаться 1 сентября. Примерно в это время появляются и первые упоминания о том, что наступление Нового года отмечается как праздник. Изданный в начале XVI века во Франции «Парижский словарь московитов» сохранил для нас (во французском переводе) название этого праздника – «Первый день в году». Скорее всего, дата 1 сентября и желание праздновать были вызваны тем, что это совпадало с окончанием уборки урожая. А когда же еще веселиться? А вот летоисчисление в это время на Руси велось не от Рождества Христова, как в большинстве европейских стран, а от сотворения мира.
В XVI веке католические страны Европы стали постепенно переходить с не совсем точного Юлианского календаря на рассчитанный более тщательно Григорианский. Первой это сделала Венеция, потом Испания, Пруссия, Дания, Франция.
С 1700 года неутомимый реформатор Петр I решил, что Новый год в России нужно праздновать как в Европе. Согласно царскому указу от 20 декабря 1699 года предписывалось вести летосчисление не от сотворения мира, а от Рождества Христова, а «день новолетия», «по примеру всех христианских народов» отмечать 1 января, украшая улицы гирляндами из сосновых и еловых веток.
Но произошла досадная промашка: несмотря на существование более точного Григорианского календаря, указом Петра был введен календарь Юлианский. Случилось это, скорее всего, потому, что в то время Юлианский календарь еще оставался в большинстве протестантских стран, неохотно следовавших за Римом. Со многими эти странами у петровской России были тесные взаимоотношения, да и принять что-то католическое для православного государства в те времена было непросто. Вот и утвердился в нашем государстве Юлианский календарь, все больше отстававший от Григорианского: в восемнадцатом веке – на 11 дней, в девятнадцатом, когда «новый стиль» стал общепринятым для всей Европы, – на 12, а с начала века двадцатого – на 13 дней.
Стать такой, как все Россия решилась только в 1918 году. Советское правительство ввело в стране Григорианский календарь, но православная церковь переход на новое время признать не захотела. Поэтому большинство церковных праздников отмечается по «старому календарю», что порождает путаницу: у всех христиан Новый год приходит после Рождества Христова, а в России – через неделю после новогоднего праздника. Но зато благодаря тому, что Григорианский календарь к нам пришел с большим опозданием, у россиян сохранился такой праздник, как старый Новый год, отмечаемый 14 января (по ст. стилю – 1 января). Между прочим, отмечают этот второй Новый год не только в России, но и в Сербии, Швейцарии и некоторых других странах. Хотя только у нас он носит характер чуть ли не всенародного торжества.
Оживился базарный торг
Елка в Москве в течение добрых ста лет, с момента первого появления в знатных домах и до запрещения в 1928 году, была символом рождественским. Вначале рождественские елки, уже украшенные игрушками и сладостями, продавались… в кондитерских. Покупали их не то чтобы с неохотой, а немного с опаской. Но после того как императорская семья завела у себя обычай ставить рождественскую елку, дворянская Москва постепенно к этой «немецкой забаве» приохотилась. К концу XIX века уже по всей Первопрестольной шумели елочные базары. Открывались они где-то за неделю до праздника. «Начались приготовления к встрече Рождества, – сообщал «Голос Москвы» в номере от 19 декабря 1907 года. – На площадях зазеленели хвойные рощи – крестьяне вывезли на продажу елки. Сильно оживился базарный торг…»
Вот как вспоминает покупку елки один из москвичей XIX века: «В канун Рождества мы отправились с тятенькой покупать елку… На Арбатской площади царило обыкновенное предпраздничное оживление, а сама площадь напоминала зеленый лес: елки были на любой вкус и рост! Мы в доме не любили большие деревья, да и ставить большую елку в нашем небольшом доме было некуда… Остановились на небольшой, сажени две высотой красавице. «Откуда привез?» – спросил тятенька бородатого продавца. «Из Егорьевского уезду, сударь, из самого…» И со значением показал пальцем куда-то в небо, как будто просил оттуда подтверждения своим словам… Сторговались. Тятенька расплатился, продавец подозвал «молодца», который за двугривенный и доставил елку к самому нашему крыльцу…»
Первая же в Москве (да и вообще в России) «общая елка» была поставлена в 1851 году (ровно 160 лет назад) в Большом зале Благородного собрания (ныне – известный всем Колонный зал). Она украшала праздник, организованный в пользу женских частных школ.
«В лес придет капиталист…»
Рождество, плавно переходящее в празднование Нового года, тешило москвичей до наступления новой исторической эпохи, когда все это было объявлено буржуазными предрассудками. После 1917 года елка стала мешать строить светлое будущее. По всей стране закрывались и разрушались церкви, воинствующие безбожники кричали о необходимости запретить все религиозные праздники, а рождественская елочка стала одним из символов «поповского мышления». С буржуазностью боролись постановлениями общих собраний, газетными статьями и даже стихами. Вот, к примеру, какая агитка была напечатана в одной из главных газет страны:
Скоро будет Рождество –
Гадкий праздник буржуазный,
Связан испокон веков
С ним обычай безобразный:
В лес придет капиталист,
Косный, верный предрассудку,
Елку срубит топором,
Отпустивши злую шутку…
В канун нового 1928 года елки окончательно запретили. Этот запрет продержался до 1935-го, когда по инициативе одного из тогдашних руководителей, Павла Постышева, елка была возращена детям. Видимо, сама жизнь этого потребовала. Правда, разрешив елку, вспомнив о елочных игрушках и подарках, о Рождестве предпочитали не упоминать, а реабилитированную елку назвали новогодней. И именно с этого времени стали устраивать не только семейные елки, но и елки общие, где веселились сотни и тысячи детей. Такая главная елка была во многих городах и селах. Но главной елкой страны на долгие годы стала елка в Москве, в Колонном зале бывшего Благородного собрания, ставшего к этому времени Домом союзов. А с 1954 года, когда для посещений был наконец открыт недоступный для простых людей Кремль, новогодней елкой номер один стала кремлевская.
Оцените актуальностью статьи
